вполне логично: абсолютная материя и абсолютная форма - это же абсолютный

максимум и абсолютный минимум, а они, как мы знаем, совпадают.

Рассуждение Кузанца о том, что абсолютная возможность существует в Боге,

подготовлено уже средневековой интерпретацией Аристотеля. Как мы знаем, у

Аристотеля понятие возможности ("дюнамис" - "потенция") употребляется в

двух взаимно связанных, но не вполне тождественных значениях: "дюнамис" -

это и возможность в смысле логической непротиворечивости (возможно все то,

что не содержит в себе внутреннего противоречия), и способность в смысле

некоторого изначального предрасположения - так, в семени заложена

способность стать, предположим, дубом, а не березой. Схоластика в XIII-XIV

вв. разрабатывает особенно категорию потенции в ее значении возможности.

При этом вся полнота возможности в рамках схоластики мыслится существующей

в уме Бога - ход мысли, для античной философии не характерный. Вот в этом

смысле и Кузанец говорит о том, что абсолютная возможность (как

совокупность абсолютно всех логически непротиворечивых утверждений)

существует в Боге и есть Бог.

Богу, согласно Кузанцу, противоположна не абсолютная возможность, а

возможность определенная. А что же такое эта последняя? "Всякая возможность

определена, - пишет Николай, - и определена действительностью. Нельзя найти

(имеется в виду - найти в сфере конечного. - П.Г.) чистую возможность,

совершенно не определенную никакой действительностью; да и присущая

возможности предрасположенность не может быть бесконечной и абсолютной,

лишенной всякой конкретизации". Определенной возможностью Кузанец называет

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>