форм" Аристотеля, в которой нет уже возможности (потенциальности), а только

действительность (чистая актуальность), оказывается каким-то образом

причастным материи. Послушаем самого Бруно. "...Абсолютная возможность,

благодаря которой могут быть вещи, существующие в действительности, не

является ни более ранней, чем актуальность, ни хоть немного более поздней,

чем она. Кроме того, возможность быть дана вместе с бытием в

действительности, а не предшествует ему, ибо если бы то, что может быть,

делало бы само себя, то оно было бы раньше, чем было сделано. Итак,

наблюдай первое и наилучшее начало, которое есть все то, что может быть, и

оно же не было бы всем, если бы не могло быть всем; в нем, следовательно,

действительность и возможность - одно и то же" (курсив мой. - П.Г.).

Однако тождество возможности и действительности - это принадлежность одного

Абсолюта; в сфере конечного "ни одна вещь не является всем тем, чем может

быть". Тем не менее отождествление действительного и возможного в Боге,

т.е. отождествление бесконечного и единого, предела и беспредельного, или,

на языке Кузанского, минимума и максимума имеет далеко идущие следствия.

Ведь это означает, что применительно к Абсолюту уже нет различия

материального и формального (материи и формы). Или, как говорит Бруно:

"...Хотя спускаясь по... лестнице природы, мы обнаруживаем двойную

субстанцию - одну духовную, другую телесную, но в последнем счете та и

другая сводятся к одному бытию и одному корню". Вот что значит тезис Бруно,

что "имеется первое начало Вселенной, которое равным образом должно быть

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>