понято как такое, в котором уже не различаются больше материальное и

формальное и о котором из уподобления ранее сказанному можно заключить, что

оно есть абсолютная возможность и действительность".

Подобно тому, как античное понятие единого уже у Кузанского, а тем более у

Бруно отождествляется с бесконечным, античное понятие материи, которая, в

отличие от единого и в противоположность ему есть бесконечно-делимое

(беспредельное), теперь в свете учения о совпадении противоположностей

получает характеристику "неделимого". При этом, правда, Бруно различает

материю телесную и материю бестелесную: первая - делима, а неделимой

является только вторая.

Итак, согласно Бруно, существует материя, которой свойственны

количественные и качественные определенности (т.е. материя телесная) и

материя, которой чуждо и то, и другое, но "тем не менее как первая, так и

вторая являются одной и той же материей" (курсив мой. - П.Г.). Материя как

неделимая "совпадает с действительностью" и, следовательно, "не отличается

от формы".

Отсюда легко сделать и следующий шаг: если материя в своем высшем виде (как

материя бестелесная) ничем не отличается от формы, то снимается и другое

важное различие, которое признавалось и аристотеликами, и платониками, а

именно, что форма (и соответственно бытие актуальное, бестелесное,

неделимое) активна, а материя (потенциальное, телесное, делимое) пассивна.

Форма понималась в античности как начало творческое, которое, внедряясь в

материю, создает таким образом все оформленное. Бруно не разделяет этого

воззрения по вполне понятным основаниям. Он пишет в этой связи: "...Следует

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>