скорее говорить, что она (материя. - П.Г.) содержит формы и включает их в

себя, чем полагать, что она их лишена и исключает. Следовательно, она,

развертывающая то, что содержит в себе свернутым, должна быть названа

божественной вещью и наилучшей родительницей, породительницей и матерью

естественных вещей, а также всей природы и субстанции".

Это - решительная отмена дуализма духовного и телесного начал, дуализма,

который в разных видах имел место и в философии Платона и Аристотеля, и в

христианской теологии. Таковы следствия, вытекающие из принципов,

провозглашенных еще Кузанцем, но доведенных до логического конца именно

Джордано Бруно.

И вот все понятия античной науки получили не просто иное, а по существу

противоположное содержание. Согласно Аристотелю, материя стремится к форме

как к высшему началу. Бруно возражает: "Если, как мы сказали, она (материя.

- П.Г.) производит формы из своего лона, а следовательно, имеет их в себе,

то как можете вы утверждать, что она к ним стремится?" Согласно Аристотелю,

материя - начало всего изменчивого, преходящего, временного, а форма -

начало постоянства, устойчивости, вечности. У Бруно все обстоит наоборот:

"Она (материя. - П.Г.) не стремится к тем формам, которые ежедневно

меняются за ее спиной, ибо всякая упорядоченная вещь стремится к тому, от

чего получает совершенство. Что может дать вещь преходящая вещи вечной?

Вещь несовершенная, каковой является форма чувственных вещей, всегда

находящаяся в движении, - другой, столь совершенной, что она... является

божественным бытием в вещах... Скорее подобная форма должна страстно желать

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>