единство".

Сохраняя основные принципы перипатетической физики, Коперник, как видим,

вводит новое по сравнению с Аристотелем понятие тела, которое, "пребывая в

своем природном месте и в целостности, движется равномерным круговым

движением, тем самым уподобляясь покоящемуся" (такое движение,

уподобляющееся состоянию покоя, свойственно, по Аристотелю, "последнему

небу").

Но такое примирение гелиоцентрической системы Коперника с научной

программой Аристотеля было все же искусственным и не убеждало современников

Коперника. Строго говоря, они были правы: созданная Коперником

астрономическая система требовала новой научной программы: она взрывала

рамки старой физики и не могла быть согласованной с принципами

перипатетической кинематики. Это одна из важных причин, почему

гелиоцентрическая система Коперника вплоть до создания новой кинематики,

основанной на принципе инерции (пусть даже и не вполне четко

сформулированном, как это мы видим у Галилея), не была принята большинством

ученых, в том числе и такими выдающимися, как, например, Тихо Браге. Этим

же обстоятельством в значительной мере объясняется и та оценка гипотезы

Коперника, которая была дана в предисловии А. Осиандера к первому изданию

основного сочинения Коперника "О вращениях небесных сфер". "Всякому

астроному, - писал Осиандер, - свойственно на основании тщательных и

искусных наблюдений составлять повествование о небесных движениях. Затем,

поскольку никакой разум не в состоянии исследовать истинные причины или

гипотезы этих движений, астроном должен изобрести и разработать хоть

какие-нибудь гипотезы, при помощи которых можно было бы на основании

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>