Это вовсе не значит, что Руставели исповедует какой-то безличный и бездушный

пантеизм и что, по Руставели, земная жизнь человека только и сводится на

одни земные удовольствия. Кажется, и сам Ш.В.Хидашели этого не думает.

Трудно представить себе, чтобы монах и настоятель монастыря Иоанн Петрици

употреблял в своих сочинениях имя Христа только формально, не понимая под

этим именем ничего существенного (см. там же, 344).

В сочинениях Иоанна Петрици нет никакой возможности находить проповедь,

направленную против учения о ничтожестве всего земного и против отрыва

человека от реальной действительности. Земные радости и печали, по Петрици и

Руставели, возможны и необходимы,

но этот взгляд их не был направлен ни против вечной субстанции единого и

истинного бога, ни против ничтожества земных дел перед лицом вечности, ни уж

тем более против учения о творении и о тварности всего земного. Наконец,

философия Иоанна Петрици в изло жении Ш.В.Хидашели во вступительной статье к

нашему переводу Прокла (см. 99, 5 - 21) уже никаких пантеистических или

еретических крайностей не содержит.

Правильную объективную картину мировоззрения Петрици дает И.Д.Панцхава,

который подробно излагает его учение о Едином, понимает возможность

выдвижения земного человека на первый план, но нисколько не увлекается этим

и не объявляет философию Петрици чисте йшим пантеизмом (см. 92).

И.Д.Панцхава совершенно неправ, понимая всякое учение о свете как языческое

(в Византии у Максима Исповедника, Симеона Нового Богослова, Григория Паламы

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>