несовершенным объяснениям. Можно считать показательной особенность, общую

для некоторых философов и возобновленную скромными гуманистами, называть

Бога великим архитектором или summus artifex (великий мастер). Еще и другие

искали образ для сравнения в сфере живописи или скульптуры. Метафоры такого

типа самопроизвольно выходят из-под пера с небывалой ранее настойчивостью.

Творец мира есть Великий художник - понятие типическое для среды, которую

привлекали формальные структ уры, и для века, в который слова о великолепии,

о красоте делаются более частыми и становятся более богатыми подразумеваемым

смыслом. Это понятие Deus artifex (бог-мастер), притягательное для

мифологических построений, представляется вполне поразительным : оно должно

заинтересовать историка, ориентировать его... Даже такой гениальный

богослов, как кардинал Николай Кузанский, даже такой заботящийся о

внутренней чистоте философ, как Пико, тоже любят прибегать к эстетизирующим

символам" (там же, 10).

"Возможно, "миф Ренессанса" следует просто характеризовать неудержимым

доверием к возможности разрешить все трудности, преодолеть все препятствия,

победить все противоречия, как только должным образом произойдет осознание в

каждой сфере и для всякой ситу ации". "Это век великого нетерпения.

Экзистенция ощущается как напряжение" (132, 10 - 11).

В этой ценной характеристике возрожденческой эстетики содержится много

правильных моментов, без которых невозможно себе представить сущность всей

великой эпохи Возрождения.

А.Шастель очень метко говорит не об индивидуализме Возрождения, не о

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>