Карт - Размышления о Декарте

Потом я поясню, что по онтологии Декарта достаточно одного сознающего

существа, чтобы все было. Простите меня, что я так кругами хожу вокруг

Декарта, но повторяю, что он - кристалл перед нами и, при всей своей

ясности, представляет тайну при полном свете. И поэтому я хожу кругами,

пытаясь как-то суживать их вокруг некоторых фиксированных, устойчивых точек

декартовского мышления. Впечатление ясное, а вот объяснить это очень трудно.

Но поскольку я разговариваю с людьми, воспитанными на русской литературе, то

мое положение несколько облегчается. Сейчас вы поймете - почему.

Итак, перед нами естественно свободный человек, который свободен не

потому, что так надо, не потому, что он борется за свою свободу. Поэтому я и

вспомнил о русской литературе. Ибо в истории русской литературы тоже есть,

правда, единственный, но хорошо нам известный пример естественно свободного

человека. Это Пушкин, который обладал несомненно аналогичным качеством, что

и Декарт, - великодушием. Он мог по кабакам с цыганками и не цыганками

пировать и делать все что угодно, ибо знал, что он свободен, и мы это знаем.

Причем я имею в виду не свободу от каких-то человеческих состояний - от

морали, обычаев и o.a. Нет... вот опять это трудно объяснить. Но вы знаете,

и многие русские мыслители говорили об этом - о пушкинском феномене свободы.

Ну, а феномен передать словами нельзя. Он должен быть и, тем самым, быть нам

известным, но не в смысле нашей возможности пересказа содержания этого

феномена. Феномен свободы Пушкина в нем самом, и заметьте, что он не