Карт - Размышления о Декарте

державший в руке шпагу и даже, может быть, руки дамам целовавший, что в

таком случае остается только одна возможность - контролировать себя.

Конвульсии сотрясают, но вежливый человек контролирует свои жесты и тем

более слова. У Декарта нет конвульсий слов. В конвульсиях рождается мир, но

он не мучает нас своими переживаниями. Не изматывает ими, как потом, в XIX и

XX веках, многие философы будут это делать. Вежливость. Конечно, от страстей

не убежишь, они сотрясают нас, тело наше и вместе с ним душу, но жесты хотя

бы контролируйте, если вы вежливы и воспитанны. И тем более - слова. Нечего

впихивать шум и ярость в текст, уважайте того, кто его будет читать, не надо

его ошарашивать. Простота декартовских текстов, конечно же, мешает читателю

увидеть в них не просто интеллектуальную игру.

В этой вежливости была еще одна сторона декартовского целомудрия в

отношении к себе и мысли, в отличие от нашего бесстыдства, к которому мы

привыкли в XX веке. Это целомудрие обращалось у него и на само занятие

философией. Известно, что Декарт часто дерзил. Например, когда его

спрашивали, где книги, которые он читает, он показывал на анатомический стол

и говорил, что вообще ничего не читает, хотя, разумеется, это было не так.

Или еще пример: как-то он сказал и нередко потом повторял, что заниматься

философией можно лишь несколько часов в году. Три-четыре часа. Ленивый

человек, так ведь? Но, возможно, поэтому он и был одним из последних

счастливых философов, каким не удалось стать, например, Витгенштейну в XX