Карт - Размышления о Декарте

языке это называется удвоением времени и мира. Или удвоением миров и времен.

Эта проблема (запрета на такое удвоение) была прекрасно проиллюстрирована,

кстати, тем же Платоном. Есть платоновский миф о некоем армянине. Звали его

Эр, и он, наверное, единственный из смертных имел счастье или несчастье

побывать в том, загробном мире и, вернувшись оттуда, кое-что рассказать о

нем.

А видел он там (после того как был найден в беспамятстве на поле боя,

принят за убитого и отправлен в тот мир) инсценированную Платоном, конечно,

мифологическую сцену выбора. Вот как если бы жизнь продолжалась, т.е. была

еще вторая жизнь, и мы могли выбирать. И автор, т.е. Платон, с некоторой

печалью отмечает, что все выбирали плохо, кроме. пожалуй. Одиссея, который

сделал, более или менее, не такой уж плохой выбор. Он выбрал быть нищим и

просить подаяние. А остальные - и особенно тираны - выбирали плохо, так как

они думали, что возможность выбора есть продолжение земной жизни, как жизни

в доме, в котором покосился балкон. Ведь чаще всего тираны погибают оттого,

что вокруг них образуется пустота и некому доверять, не на кого положиться.

И тиран рассуждает примерно так: "Вот я в прошлой жизни не поверил Иванову,

а он был надежный друг, теперь я это исправлю. .На этот раз я буду иметь

друга".

И Платон показывает, что беда в том, что тиран в себя не заглядывает,

т.е. он удваивает мир, удваивает времена. Он думает, что существует еще одна

жизнь, в которой как бы продолжается то, что было; когда можно еще исправить

ошибки, не изменяя себя; что все это можно сделать и завтра. Нет, говорит