существования, которое имеет решающие последствия. Ибо только оно задает
мир, в котором можно что-то понимать, так как в этом мире уже даже Бог не
может делать бывшее небывшим, создавать людей, которые не понимали бы его в
принципе. И не только не понимали бы, а еще и ненавидели бы. Следовательно,
сказав "я существую" (и сейчас я делаю первый шаг), мы попадаем в область
тавтологий, условно назовем их плодотворными тавтологиями. Или в область
неких эквиваленций (слово "тавтология" можно заменить словом "эквиваленция",
которому соответствует русское слово "равнозначность", но в данном случае
оно не очень подходит, а французское equivalence я не знаю чем заменить).
Короче говоря, мы попадаем в область тавтологических равенств, или
уравнений. И одним из таких уравнений является утверждение: "Еgо cogito, ego
sum" ("Я мыслю, я есть"). Слово "существую" лучше здесь не употреблять,
потому что существование, по законам языка, имеет слишком много
эмпирических, психологических и жизненных смыслов. А здесь просто - факт или
акт "я семь", cogito, т.е. мыслю. "Я мыслю, я есть!" Это, как скажет позже
Кант, тавтология. Конечно, тавтология. Никакого особого содержательного
смысла это утверждение не имеет. Но когда Кант сказал, что это тавтология,
то он вовсе не критиковал Декарта, как будут думать впоследствии
комментаторы истории философии. Нет, Кант обозначил лишь природу этого
аргумента. И Декарт говорил, что это не силлогизм, потому что для
превращения его в силлогизм понадобилось бы дополнительное утверждение, что
Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>