Карт - Размышления о Декарте

может быть полной уверенности в действии самого математического формализма.

Восстанови в полном виде - тогда можешь быть уверен. И уверенность эта

предполагает актуальное существование всех причин, почему нужно думать

именно это, а не что-нибудь другое. Это мистическая, сложная фраза. Я сказал

"мистическая", потому что подумал: дай Бог, чтобы это было так. Она просто

сложная.

Обратим внимание на следующую особенность. Я частично уже касался ее в

связи с характеристикой уравнений "мысль-бытие". Вернемся к рисунку,

изображающему "Иванова". И к прямой линии. Ведь речь шла в этом случае не о

знаках или рисунках-именах, рисунках-названиях, изображениях акта мысли,

когда знаки дублируются в других целях. Здесь материальные штрихи и черточки

(или в случае слова - звуки) или их следы в чувствующем устройстве еще не

говорят однозначно о том, что мы видим. Вообще внятность видимого вовсе не

сама собой разумеется. Декарт весьма тонко избегает призрачного

представления "третьего глаза", когда, например, есть материальный след

предмета А, но то, чем мы узнаем (видим) именно А, причиной этого не может

быть сам след А, а есть "идея" А. Иными словами, мы видим или узнаем путем

смыкания "идей" с видимым (или слышимым) в материальных знаках, - "идей",

являющихся образованиями, которые я назвал полными предметами (или полностью

определенными) и притом существующими в особом режиме "вечного настоящего",

а не в последовательности. И у них нет других оснований, кроме как оснований

самих себя, которые и есть причина узнавания "Иванова", прямой линии,