У.Гоббс - ЛЕВИАФАН

человека и бешеным и сумасшедшим. Однако, поскольку речь идет о язычниках,

этому не приходится удивляться, так как болезни и здоровье, пороки и

добродетели и многие естественные качества определялись и почитались ими

как демоны. Так что под словом "демон" человек мог понимать как

перемежающуюся лихорадку, так и дьявола. Однако странно, как могли евреи

иметь такое мнение? Ведь и Моисей, и Авраам приписывали свой дар

пророчества не одержимости каким-нибудь духом, а Божьему внушению

посредством видения или сна. Точно так же нет никакой одержимости в законе,

морали или обрядах, которые были преподаны евреям. Когда говорится о Боге

(Чис. 11,25), что он взял от духа, жившего в Моисее, и дал его семидесяти

старейшинам, то не дух Бога (понимая под этим субстанцию Бога) делился. Под

божественным духом в человеке Писание понимает человеческий дух, склонный к

набожности. А когда говорится (Исх. 28,3) : "Кого я наполнил духом

мудрости, чтобы сделать одежду для Аарона", то подразумевается здесь не

дух, вложенный в тех, кто умеет делать одежду, а собственная мудрость их в

этого рода работе. В таком же смысле обычно называется нечистым дух

человека, совершающего нечистые деяния, а также другие духи, по крайней

мере во всех тех случаях, когда соответствующие добродетели или пороки

являются значительными и выдающимися. Точно так же не претендовали на

одержимость и другие пророки Ветхого завета и не утверждали, что Бог

говорит в них, а лишь что он говорит им голосом или посредством видения,

или сна, а под Господним бременем понималась не одержимость, а повеление.

Каким же образом могли евреи прийти к этому мнению об одержимости? Я не