потому не все ли равно, начнем ли мы теорию знания без всяких предпосылок

или с указанными выше предпосылками; рано или поздно понятие субстанции

выступит на сцену, а вместе с ним и те положения, которые затрудняют учение

о познании и даже делают его неизбежно противоречивым. В ответ на это

заметим, что несомненно в опыте есть что-то, заставляющее нас все

возвращаться к этому понятию, но фактические материалы его еще вовсе не все

рассмотрены философиею; это видно из того, что философия под влиянием все

новых и новых анализов и углубления в сферу действительности постепенно

преобразует это понятие. Если догматически положить в основу гносеологии это

понятие в той форме, как оно установлено на основании рассмотрения

непознавательных процессов, то, без сомнения, оно может оказаться камнем

преткновения для теории знания. Наоборот, если пойти по пути, указанному

Кантом и соответствующему требованиям логики, именно, начать гносеологию без

всяких предпосылок с анализа факта знания, тогда возможно, что на пути

анализа у нас сложится новое понятие субстанции, которое перестанет быть

препятствием для теории знания.

Впрочем, вернемся к рационалистам, чтобы окончательно убедиться в том,

что перечисленные выше предпосылки ставят философа в безвыходное положение

при исследовании гносеологических вопросов. Рационалисты были уверены в том,

что адекватное трансцендентное знание существует. Но как оно возможно? Если

знание о внешнем мире целиком есть принадлежность познающего субъекта как

субстанции, то мыслимы только два пути возникновения его. Оно или возникает

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>