потому не все ли равно, начнем ли мы теорию знания без всяких предпосылок
или с указанными выше предпосылками; рано или поздно понятие субстанции
выступит на сцену, а вместе с ним и те положения, которые затрудняют учение
о познании и даже делают его неизбежно противоречивым. В ответ на это
заметим, что несомненно в опыте есть что-то, заставляющее нас все
возвращаться к этому понятию, но фактические материалы его еще вовсе не все
рассмотрены философиею; это видно из того, что философия под влиянием все
новых и новых анализов и углубления в сферу действительности постепенно
преобразует это понятие. Если догматически положить в основу гносеологии это
понятие в той форме, как оно установлено на основании рассмотрения
непознавательных процессов, то, без сомнения, оно может оказаться камнем
преткновения для теории знания. Наоборот, если пойти по пути, указанному
Кантом и соответствующему требованиям логики, именно, начать гносеологию без
всяких предпосылок с анализа факта знания, тогда возможно, что на пути
анализа у нас сложится новое понятие субстанции, которое перестанет быть
препятствием для теории знания.
Впрочем, вернемся к рационалистам, чтобы окончательно убедиться в том,
что перечисленные выше предпосылки ставят философа в безвыходное положение
при исследовании гносеологических вопросов. Рационалисты были уверены в том,
что адекватное трансцендентное знание существует. Но как оно возможно? Если
знание о внешнем мире целиком есть принадлежность познающего субъекта как
субстанции, то мыслимы только два пути возникновения его. Оно или возникает
Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>