Аристотель - МЕТАФИЗИКА

большого, плоскость - из широкого и узкого, а тело - из высокого и низкого.

Однако как в таком случае будет плоскость содержать линию или имеющее объем

- линию и плоскость? Ведь широкое и узкое относятся к другому роду, нежели

высокое и низкое. Поэтому, так же как число не содержится в них, потому что

многое и немногое отличны от этих [начал], так и никакое другое из высших

[родов] не будет содержаться в низших. Но широкое не есть род для высокого,

иначе тело было бы некоторой плоскостью. Далее, откуда получатся точки в

том, в чем они находятся? Правда, Платон решительно возражал против

признания точки родом, считая это геометрическим вымыслом; началом линии он

часто называл "неделимые линии". Однако необходимо, чтобы [эти] линии имели

какой-то предел. Поэтому на том же основании, на каком существует линия,

существует и точка.

Вообще же, в то время как мудрость ищет причину видимого, мы это оставили

без внимания (ведь мы ничего не говорим о причине, откуда берет начало

изменение), но, полагая, что указываем сущность видимого, мы утверждаем,

что существуют другие сущности; а каким образом эти последние - сущности

видимого, об этом мы говорим впустую, ибо причастность (как мы и раньше

сказали) не означает ничего.

Равным образом Эйдосы не имеют никакого отношения к тому, что, как мы

видим, есть значимая для знаний причина, ради которой творит всякий ум и

всякая природа и которую мы признаем одним из начал; математика стала для

нынешних [мудрецов] философией, хотя они говорят, что математикой нужно

заниматься ради другого.

Далее, можно считать, что сущность, которая [у платоников] лежит в основе