Аристотель - МЕТАФИЗИКА

самого-по-себе-единого могло бы получиться другое единое? Оно необходимо

должно было бы быть неединым; между тем то, что существует, всегда есть или

одно, или многое, и каждое из многого есть одно.

Кроме того, если само-по-себе-единое неделимо, то, согласие положению

Зенона, оно должно быть ничем. В самом деле, если прибавление чего-то к

вещи не делает ее больше и отнятие его от нее не делает ее меньше, то,

утверждает Зенон, это нечто не относится к существующему, явно полагая, что

существующее - это величина, а раз величина, то и нечто телесное: ведь

телесное есть в полной мере сущее; однако другие величины, например

плоскость и линия, если их прибавлять, в одном случае увеличивают, а в

другом нет; точка же и единица не делают этого никаким образом. А так как

Зенон рассуждает грубо и так как нечто неделимое может существовать, и

притом так, что оно будет некоторым образом ограждено от Зеноновых

рассуждений (ибо если такое неделимое прибавлять, оно, правда, не увеличит,

но умножит), то спрашивается, как из одного такого единого или нескольких

получится величина? Предполагать это - все равно что утверждать, что линия

состоит из точек.

А если и держаться такого взгляда, что число, как некоторые полагают,

возникло из самого-по-себе-единого и чего-то другого не-единого, то все же

необходимо выяснить, почему и каким образом возникшее из них будет то

числом, то величиной, раз не-единое было неравенством и имело [в обоих

случаях] одну и ту же природу. Ибо остается неясным, как могли бы величины

возникнуть, с одной стороны, из единого и указанного неравенства, с другой