Аристотель - МЕТАФИЗИКА

первому, например все, что обозначается как единое, - к первому единому, то

нужно признать, что так же обстоит дело и с тождественным, и с различным, а

также с [другими?] противоположностями. Поэтому, различив, в скольких

значениях употребляется каждое, надлежит затем указать, каково его

отношение к первому в каждом роде высказываний. А именно: одно имеет

отношение к первому в силу того, что обладает им, другое - в силу того, что

производит его, третье - иным подобного же рода образом.

Таким образом, совершенно очевидно, <об этом речь шла при изложении

затруднений>, что сущее, единое, противоположное и тому подобное, а также

сущность надлежит объяснять одной науке (а это был один из вопросов в

разделе о затруднениях). И философ должен быть в состоянии исследовать все

это. В самом деле, если это не дело философа, то кому же рассмотреть,

например, одно ли и то же Сократ и сидящий Сократ, и противоположно ли

чему-то одному лишь одно, или что такое противоположное и в скольких

значениях о нем говорится? Точно так же и относительно всех других подобных

вопросов. Так как все это есть существенные свойства (prthle kath' hauta)

единого и сущего как таковых, а не как чисел, или линий, или огня, то ясно,

что указанная наука должна познать и суть тождественного, сходного, равного

и тому подобного и противолежащего им и их свойства. И ошибка тех, кто их

рассматривает, не в том, что они занимаются делом, не свойственным

философу, а в том, что они ничего толком не знают о сущности, которая

первое свойств. Ведь если [и] число как таковое имеет свои свойства,

например нечетное и четное, соизмеримость и равенство, превышение и