Аристотель - МЕТАФИЗИКА

какие они их примут. Утверждают, что и Гомер явно держался этого мнения: в

его изображении Гектар, будучи оглушен ударом, "лежит, мысля иначе", так

что выходит, что мыслят и помешанные, но иначе. Таким образом, ясно, что

если и то и другое есть разумение, то, значит, вещи в одно и то же время

находятся в таком и не в таком состоянии. Отсюда вытекает самая большая

трудность: если уж люди, в наибольшей мере узревшие истину, которой можно

достичь (а ведь это те, кто больше всего ищет ее и любит), имеют подобные

мнения и высказывают их относительно истины, то как действительно не пасть

духом тем, кто только начинает заниматься философией? Ведь в таком случае

искать истину - все равно что гнаться за неуловимым.

Причина, почему они пришли к такому мнению, заключается в том, что, выясняя

истину относительно сущего, они сущим признавали только чувственно

воспринимаемое; между тем по природе своей чувственно воспринимаемое в

значительной мере неопределенно и существует так, как мы об этом сказали

выше; а потому они говорят хотя и правдоподобно, но неправильно (ибо скорее

так подобает говорить, нежели так, как Эпихарм говорит против Ксенофана).

Кроме того, видя, что вся эта природа находится в движении, и полагая, что

относительно изменяющегося нет ничего истинного, они стали утверждать, что

по крайней мере о том, что изменяется во всех отношениях, невозможно

говорить правильно. Именно на основе этого предположения возникло наиболее

крайнее из упомянутых мнений - мнение тех, кто считал себя последователями

Гераклита и коего держался Кратил, который под конец полагал, что не