Философия науки и техники

оставаться в рамках науки, каким требованиям должны удовлетворять те

теории, которые он строит.

А что такое наука и чем определяются ее границы, кроме критерия самого

Поппера, - этот вопрос в данном контексте просто не возникает. "Государство

- это Я", - заявил в свое время небезызвестный французский король. "Наука -

это Я", - фактически утверждает Поппер и задает границы научности.

Но наука живет своей собственной жизнью, и очень скоро обнаруживается, что

критерий Поппера не работает. Это может показаться парадоксальным: мы сами

делаем науку, мы, казалось бы, хозяева положения, а критерии научности,

нами же установленные, не срабатывают. Может быть, дело в том, что эти

критерии не все признают, что они не общеприняты? А если их признать и

сделать всеобщим достоянием, тогда что-то изменится? Парадокс в том, что

почти ничего. Наука есть нечто большее, чем сумма согласованных

человеческих действий.

Но вернемся к критерию К.Поппера. История показывает, что теории живут,

развиваются и даже процветают, невзирая на противоречия с

экспериментальными данными. Приведем конкретный пример. В 1788 году великий

Лагранж писал об уравнениях Эйлера: "Мы обязаны Эйлеру первыми общими

формулами для движения жидкостей. записанными в простой и ясной символике

частных производных. Благодаря этому открытию вся механика жидкостей

свелась к вопросу анализа, и будь эти уравнения интегрируемыми, можно было

бы в любом случае полностью определить движение жидкости под воздействием

любых сил.". Надежды Лагранжа не оправдались: в ряде случаев уравнения

Эйлера были проинтегрированы, но результаты расчетов резко расходились с